Ветхое жильё: как живут алматинцы

Ветхое жильё: как живут алматинцы
Авторы: Рахиля Мирзалимова, Карина Давтян. | Фото: krisha.kz

В Алматы ветхое жильё представлено каркасно-камышитовыми домами 1930-х годов постройки и хрущёвками. Последнее — это двух-, четырёх- и пятиэтажные дома из железобетонных панелей или силикатного кирпича. Строилось такое жильё в качестве социального во времена правления Хрущёва. Изначально планировалось, что оно будет временным — срок эксплуатации первых серий составлял около 25 лет. Позже расчётный ресурс был продлён до 50. Несмотря на это, некоторые дома всё ещё стоят и служат своим жильцам. Но качество жизни здесь не всегда можно назвать нормальным.

Такие дома, как правило, признают ветхими, и они подлежат сносу. Отличие ветхого жилья от аварийного в том, что в первом ещё можно проживать, но общий износ здания уже составляет более 60 %. В аварийном же существует реальная угроза обрушения несущей конструкции, фундамента. Степень изношенности здания в Алматы определяет специальная межведомственная комиссия, которую формирует акимат.

Где и сколько?

В 2012 году в Алматы приняли пилотную программу по сносу ветхого жилья. Она продлилась до 2015 года. За этот период удалось демонтировать 56 домов, а вместо них построить многоэтажки с 2 780 квартирами. После этого была принята аналогичная программа, рассчитанная сначала на 2015–2020 гг., затем 2017–2024 гг.

При этом в ТОО «Предприятие капитального строительства акимата Алматы» (ПКС) нам сообщили следующее:
— Фактически такой программы сейчас нет. Но как только внесут изменения в законодательство, будет разрабатываться отдельная программа. Если провести аналогию с «Елорда даму» в Астане, то они работают по постановлению правительства. Дома признаются аварийными, определяется чёткий перечень, и через судебный орган, как положено по закону, людей переселяют. А мы тут везде договариваемся. Кто-то не согласен с условиями, и это затягивает весь процесс.

В настоящее время в городе насчитывается 948 ветхих дома. Как ответили в акимате на официальный запрос «Крыши», в этом году намечается привлечь инвесторов для осуществления сноса 244 домов в Алмалинском, Жетысуском, Турксибском и Бостандыкском районах.

На деле же, как «Крыше» рассказали в ТОО «ПКС», в 2018 году с вероятностью в 90 % планируется демонтировать около 15 домов.


Карта: tengrinews.kz

Большая часть ветхого жилья находится в Турксибском районе. В этом году власти намерены приступить к реализации программы на участках в мкр «Алтай-2» (57 домов, инвестор — ТОО «Девелиз групп»), в квадратах: Чернышевского — Акан серы — Спартака — Сейфуллина (24 дома, ТОО ПКС) и Сейфуллина — Успенского — Молдагуловой — роща Баума (30 домов, ТОО «Эдесса инжиниринг»). Срок реализации проектов от трёх до шести лет.

За чьи средства?

Поэтапный снос ветхого жилья и строительство нового происходит за счёт использования средств ТОО «ПКС акимата г. Алматы» и внешних инвестиций.

Кстати, процесс сноса одного дома занимает около трёх месяцев. Но при определённых условиях:

  • наличии переселенческого жилого фонда;
  • полном согласии всех жильцов;
  • наличии инвестора для физического сноса;
  • размера и типа ветхого дома (каркасно-камышитовый, кирпичный, железобетонный).

Что думают сами жильцы?

Мнение алматинцев, проживающих в старых домах, разделилось. Часть из них с нетерпением ждёт сноса, другая — не горит желанием переезжать в новые, по их мнению, некачественно построенные новостройки. «Крыша» сходила в гости к жильцам ветхих построек и посмотрела, как они живут.

Любовь Немченинова
Бостандыкский район, Розыбакиева — Жандосова — Радостовца — Сатпаева

Дом построили где-то в конце 40-х или начале 50-х годов. Живу здесь уже 60 лет. Эту квартиру моему мужу выдала строительная организация, в которой он в те годы работал. Раньше же выдавали жильё всем рабочим. Причём получить его было намного проще, чем сейчас, особенно молодым семьям.

Наш дом очень тёплый, удобный, сухой. Ему уже столько лет, и нигде нет плесени. Иногда зайдёшь в железобетонную постройку, а там, как весна, сразу плесень появляется. Как строитель скажу, что наше здание и в землетрясение выстоит.

Лично я против сноса дома. Как сейчас строят, я посмотрела, так лучше уж здесь жить. Я сама по образованию строитель и знаю, что такое «новый дом». А наш ещё 50 лет бы простоял. Если бы домоуправление приложило руку или кто другой, кто отвечает за ЖКХ. По-моему, сейчас вообще какая-то бесхозяйственность, проявили бы ответственность, отремонтировали бы.

Раньше ремонт здесь делала каждый год. А сейчас, как вышла на пенсию, не по карману стало. По крайней мере, лет пять не делала. При Советском Союзе каждый год белили, красили. А потом начался бардак, никому ничего не надо, каждый сам за себя. Только и знают, поднимают налоги. А мы, в свою очередь, платим больше, делаем ремонт общих подъездов и фасадов за свой счёт.

Лариса Бадырова
Бостандыкский район, Ауэзова — Габдуллина — Манаса — Бухар жырау

Этот дом построили в 50-х годах, но я заселилась в 70-м. Так получилось, что в моей семье произошла трагедия. По этому поводу мне обещали выдать новую квартиру, однако заселили в освобождённую. Если говорить о доме, то сложно подобрать слова, чтобы описать, в каком состоянии он находится. Во-первых, между стенами уже ничего нет. Там раньше была стекловата в качестве утеплителя. Сейчас осталась только сухая штукатурка, а внутри воздух. Стены очень тонкие, слышимость сильная, зимой холодно. Во-вторых, полы гнилые. Как-то сосед меня затопил, и теперь у меня пол проваливается.

Конечно, хотела бы, чтобы нас снесли, но при этом переселили в новый дом, построенный на этом же месте. Потому что за деньги, которые дадут за старое жильё, не купишь ничего лучше.

Может, он и завтра рухнет. Если отремонтировать капитально, ещё простоит какое-то время.

Пока никакого официального извещения о сносе я не получала. Думаю, что слухи о сносе — это как вилами по воде. Будем жить тут, пока дом не развалится. Помимо стен тонких, гнилых полов, у нас ещё крыша течёт. Всю жизнь, сколько себя знаю, столько и мучаемся с ней. Ещё в подъезде ступеньки бетонные все поломанные — в темноте споткнуться можно.

Нина Фроловна Перцева
Турксибский район, мкр «Алтай-2»

Когда мы сюда переехали, дом уже стоял. Скорее всего, постройка 50-х годов. Я живу в этом доме с 1969 года. Дочери тогда было три года, сейчас ей уже 53. Эту квартиру моему мужу выдало государство. Он тогда работал сварщиком. Сейчас наш дом находится в плохом состоянии. Мы живём на первом этаже. У нас полы скрипят, стены сыпятся, каркасно-камышитовое же здание. А на втором этаже протекает крыша.

В прошлом году собирали жильцов, проводили общее собрание в здании местной школы, присутствовали и представители акимата. Говорили, что, мол, собираются сносить и застройщика вроде бы нашли, что будем жить в этом же районе в новом доме. Собирались здесь строить девятиэтажки. Потом по слухам узнала, что решили возводить пятиэтажки. А сейчас снова тишина. Не знаю, дождусь ли переезда. Мне уже осталось жить-то. А если говорить о молодёжи, то, конечно, хотелось, чтобы они переехали в новые дома. Тут из жильцов только я одна старая осталась.

Если забудут про нас, ну что ж, поживём ещё (смеётся). Только ремонт бы сделать. Вот сейчас сидим и не знаем, делать ремонт или всё-таки снесут. А КСК только деньги с нас требует. Недавно собирали на фасад. Вышло очень дорого — 100 000 тг. Почему мы должны ремонтировать дом за свой счёт, не знаю.

Зульфия Асанова
Турксибский район, Спартака — Акынов

Я здесь живу с 1998 года. В следующем году нашему дому 90 лет исполнится, и он в ужасном состоянии. Землетрясение тряхнёт — развалится, дерево упадёт — развалится, пожар начнётся — развалится. Огромные трещины на стенах! Гвоздь невозможно забить, потому что внутри всё полое. И слышимость хорошая, как будто люди ходят и разговаривают в твоей же комнате.

Верите или нет, а мы до сих пор печку топим. У нас нет средств провести газ или подключиться к центральному отоплению. С крышей тоже всё плохо. Дом горел трижды. И никто никогда помощь после пожара не оказывал.

Мы знаем, что попадаем под снос, но когда это произойдёт, неизвестно. Нас всего три таких дома. Когда приходим в акимат и поднимаем этот вопрос, нам отвечают: «У вас участок маленький, ни один застройщик пока не хочет брать его». Если и будут сносить дома в этом районе, то наш в последнюю очередь.

Больше не переезда ждём, а когда наконец перестанем печки в квартирах топить. С углём в этом году было сложно. И дорого стоил, и зима была холодная. Словами не передать, как мы в начале года мучались. Я ещё не говорила о крысах. Два дня уже с одной крысой воюю. Ну на этот случай котов заводим, куда деваться-то? Вот ещё дерево сухое нависло. Если рухнет, то полдома точно снесёт.

Мои соседи переехали сюда в 1971 году. Уже тогда здание считалось ветхим. Вот и считайте, сколько уже его сносить собираются, 50 лет скоро будет.

«Крыша» продолжит следить за реализацией программы по сносу ветхого жилья.

Опубликовано 16 июля 2018 г., 14:21.
 

Другие публикации

1
из
Krisha.kz
Избранное
Подать
Сообщения
Кабинет